На этой неделе у Азовского музея-заповедника двойной праздник. В среду отмечается Международный день музеев. А во вторник —День рождения. 17 мая 1917 года Азовская городская Дума поддержала решение «Общества народного просвещения» об образовании в городе Азове музея.

Несмотря на лихое время, когда подавляющему большинству было совсем не до культуры, из здания выселили всех — продмаг, ювелирный магазин, типографию и даже райисполком и райком комсомола.

В канун праздников мы побеседовали с директором музея Анатолием Горбенко о нашем историческом наследии, о дальнейших планах и ближайших перспективах.

— Анатолий Александрович, наша земля действительно просто напичкана историей или Тур Хейердал в своем знаменитом высказывании немного преувеличил?

— Он был прав целиком и полностью. Азов — самый древний город Ростовской области, а может быть, даже и всего Юга России. А какова история, какая смесь цивилизаций! Сначала здесь жили генуэзцы, венецианцы. Затем — татары, потом — турки. После них — русские. Вокруг кочевники-ногайцы, которые Азов даже воспевали в своих стихах.

Большая часть московских митрополитов на утверждение в Константинополь ехала через наш город. Дипломатические отношения с Турцией строились через Азов, отсюда же русское правительство получало разведданные. Здесь пролегал всем известный Шелковый путь. О тех же казаках мир узнал именно во время Азовского сидения. Так что на этой земле произошла великая масса исторических событий.

Наши находки датируются 13-м веком, а есть и более ранние. Причем, география их происхождения просто поражает — Персия, Средняя Азия, Средиземноморье, Европа, Генуя, Псков, Новгород и многие-многие другие места. Азов действительно уникален!

— А если сравнить наш музей с другими музеями области?

— Сравнивать не совсем этично. У Азова есть его многовековая история. У Таганрога ее нет, зато есть свой Чехов. У Новочеркасска — история казачества.

Конечно, нам многие завидуют. Помимо богатого исторического наследия мы имеем лаборатории, реставрационные залы, хранилища и так далее. И по площади наш музей самый большой не только в области, но, наверное, и на всем Юге страны. Нам просто повезло — в непонятные времена (1992-1996 годы) мы активно вели строительство и реставрацию зданий. Сотрудники работали без надбавок и премий, все средства шли на постройку. Раньше персоналу приходилось трудиться в подвалах и на чердаках, а теперь все так, как и должно быть.

— Вижу, сейчас Вы серьезно взялись за приведение в порядок Порохового погреба, крепостных валов. Довести их до ума ранее не имелось возможности?

— Упор был сделан на основное здание музея. В первую очередь необходимо было привести его в порядок и создать условия для сотрудников. Заняться Пороховым погребом, валами и финансы не позволяли, и руки не доходили.

— Понимаю, что каждый экспонат музея по-своему бесценен. Будь это золотой шлем или поделка студента колледжа. Но у профессионалов все равно есть определенное мерило ценности. Какие из Ваших экспонатов наиболее ценны?

— Безусловно, это скелет трогонтериевого слона, который давно стал визитной карточкой музея. А также — наш знаменитый сарматский меч. Еще одной визитной карточкой в последнее время стала попона из экспозиции «Золото сарматов», которая сразила всех. Когда ее впервые показали в Париже, она притянула к себе всех посетителей выставки.

Стоит сказать, что ценность ни в коем случае не определяется по количеству золота или другого драгоценного металла. Те же ржавые наконечники железных стрел для историков могут быть куда более ценны, чем массивный золотой браслет.

— Слышал, что выставка восковых уродов привлекла гораздо большее внимание, чем «Золото сарматов»… Насколько азовчане интересуются своей историей, как часто ходят в музей?

— В год музей посещают около 200 тысяч человек. 24 мая начнутся Дни славянской культуры, и в Азов приедет ряд ученых, которых интересуют наши экспозиции. Конечно, никто из них не пойдет на выставку восковых фигур. Серьезных людей интересуют вещи познавательные, а не пустые. А что касается горожан, к сожалению, восковые фигуры посмотрело вполовину больше народа, чем «Золото сарматов». Впрочем, подобная картина наблюдается не только в Азове, а, наверное, во всей стране…

— Горожанам не дают покоя ваши подземные хранилища. Слышал ни один раз — дескать, в него собирают различные кости людей. Отсюда плохая аура, привидения и прочая нечисть. Бред, конечно. Но все же — что там?

— Обыкновенные хранилища, как и в любом другом музее. Есть хранилище стекла, керамики, металлов, дерева, ну и, конечно же, остеологии. То есть интересных костей животных и человека. Но плохой ауры что-то не чувствуется.

Знаете, даже среди музейных работников есть люди, которые рассказывают различные домыслы, когда нет настоящей истории, которую можно показать городу. Судя по всему, отсюда появляются «женщины в белом», «черти» и прочие полтергейсты.

— Что у музея в перспективе?

— Сделать хотелось бы не мало. У нас ведь есть такие памятники, о которых азовчане даже не знают. Например, в конце улицы Московской — сортия Святой Анны. Это такие же ворота, как Алексеевские, только поменьше. Необходимо восстановить их и парадные Троицкие ворота. В плачевном состоянии находятся и Нижнетаганрогские ворота. Раньше ими любовались экскурсанты, а потом наши высокопоставленные вандалы их разрушили — исторический объект помешал строительству промышленного объекта!

Немало памятников, которые восстановить уже невозможно. В 1936-37 годах частично сломали Генуэзские ворота, чтобы построить холодильник для Рыбкомбината. А теперь холодильника в помине нет, а ворота не восстановить…

Недавно в портовой части города велись раскопки и обнаружили стены Азовской крепости со стороны Дона. А это самая древняя часть крепостных валов! Надо их срочно приводить в порядок, да только все вокруг застроено. Хоть понемногу, по крупицам, но исторические объекты нужно возвращать к жизни.

У нас почему-то думают, что если сегодня не выстроить для города какую-то хибару, то произойдет конец света. Но проходит 10-20 лет, и в ней уже нет необходимости. Развивать производство нужно, спора нет. Но не за счет разрушения исторических объектов. В Азов, в основном, едут не за детским питанием или станками. Едут смотреть на наши памятники, на нашу историю!

— А разве у Вас нет взаимодействия с городским отделом архитектуры?

— Есть. Музей возражает, а стройки продолжаются. Мы можем только советовать, высказывать мнение. Но решают они…

— Как у Вас с финансами?

— По крайней мере, у нас нет проблем с оплатой за коммунальные услуги — электро-, теплоснабжение и другие. Выделяются какие-то средства на экспозиции. Практически каждый год открываются новые залы, ведутся реставрационные работы. Вроде бы все четко и планово. На голодном пайке не сидим. Но хотелось бы получать из областного бюджета больше. Приводить в порядок нужно массу объектов!

— Анатолий Александрович, ни колледжи, ни институты не готовят специалистов для вас. Единственная ниша — истфак РГУ, который ныне не самый престижный факультет. Не выливается ли это в кадровую проблему?

— Гуманитарные науки сейчас не в почете. У нас не самая оплачиваемая работа. Иногда долго готовим специалиста, а он находит более высокий заработок и уходит. Но есть те, кто заражается этой болезнью — историческими исследованиями, и работает, несмотря ни на что. Таких у нас большинство.

Хочу от всей души поздравить сотрудников музея с предстоящими праздниками. Здоровья вам, дорогие, хорошего настроения и семейного благополучия! А все остальное приложится!